В сообщении о том, что наш край посетил секретарь ЦК КПСС Егор Лигачев, указывалось, что он побывал и в Бийске. Съемка была запрещена.Молодые бийчане и не знают, что ровно 30 лет назад, в декабре 1984 года, их родители пережили тяжелое время, которое кто-то даже назвал ледниковым периодом. Жилые дома и большинство городских предприятий оказались размороженными из-за аварии на ТЭЦ.

В городе впору было снимать фильм о блокадном Ленинграде.

Однако если вернуться к газетным подшивкам той поры, то информации в СМИ почти не было, если не считать, что 25 декабря 1984 года в «Бийском рабочем» появилось сообщение городского штаба, извещающее «…о проводимых работах, связанных с жизнью и деятельностью города». Тональность публикации была ровной, не фигурировало даже слово «авария».

В январе 1985 года в газете опубликовали сообщение о приезде в край секретаря ЦК КПСС Егора Лигачева, который побывал в Бийске, ознакомился с работой ТЭЦ и пассажирской автоколонны, провел совещание в горкоме партии.

А как все, что случилось тогда, видится сегодня? Вот что нам рассказал старожил города Владимир Харитонов:

– Многие детали того, что случилось 14 декабря 1984 года, уже стерлись из памяти, но остались эмоции, которые испытывали мы в этот довольно морозный день. Началось с отключения электроэнергии. Мы думали, что через 2–3 часа все нормализуется. Но не тут-то было, время шло, а свет так и не появлялся. Пошли звонки в горком от жителей: что делать, батареи начинают остывать… Звонили секретари парторганизаций и задавали тот же вопрос. Постепенно стала отключаться связь, телефон работал только в кабинете первого секретаря. Нам объяснили: в районе Новоалтайска на центральной электромагистрали произошла серьезная авария, которая в том числе привела к остановке нашей ТЭЦ-1. Стало понятно, что в ближайшее время тепло не появится. На повестку дня встал вопрос: что делать с водой во внутридомовых магистралях? Единого мнения у инженерных служб не было, кто-то предлагал воду сбрасывать, кто-то подождать. А время уходило, на улице стояла декабрьская стужа. Чугунные батареи начали разрываться, лопались и магистральные трубы. Уцелели лишь дома, учреждения соцкультбыта, где руководители на свой страх и риск из магистралей воду сбросили.

Вскоре ТЭЦ заработала, в домах появилась электроэнергия, но пришла другая беда. С прилавков магазинов исчезли электрообогреватели. Несмотря на призывы городского штаба, эти приборы и электроплиты в квартирах включались на полную мощность. В результате некоторые дома вновь оказались без света: перегорели идущие к домам электрокабели.

Разговоры в городе шли только о замороженных квартирах, но пессимизма не было. На помощь городу пришла буквально вся страна, собирали специалистов со всего края. Вот как об этом вспоминает барнаульский строитель Леонид Дрыгин: «В час ночи – звонок в дверь, на пороге двое: гражданский и офицер из военкомата. Уточнив, здесь ли живет Дрыгин, без объяснений приказали: «Собирайтесь, поедете с нами. Это не обсуждается». Мне все рассказали мужики по дороге в Бийск. Из Барнаула нас ехало человек триста, один только военкомат Ленинского района три автобуса отправил. Поселились на турбазе рядом с городом, в бору. Там красиво и тепло, и беду мы не сразу почувствовали. Лишь следующим утром осознали, когда в Бийск приехали и на разводе по-военному нас разбили на взводы, роты, батальоны и сообщили подробности. Что увидели – поразило. Первые этажи девятиэтажек заколочены, все застывшее…» Жители спасались кто как мог – у родных и друзей в частном секторе. Те, кому совсем деваться было некуда, отгораживались на кухне одеялами, ставили печи-буржуйки.

Это подтверждает и Герман Ремпель, с 1976 по 1991 год бывший директором ООО «Алтайский территориальный монтажный комплекс», лауреат премии Совмина СССР, заслуженный строитель РФ: «Жилые кварталы стояли без тепла и света, зрелище жутковатое. Люди разжигали костры во дворах (морозы на беду стояли жгучие), многие спасались в частном секторе. Срочно прибыли на подмогу сантехмонтажники и электрики из Барнаула. Многие квартиры, оставленные хозяевами, приходилось вскрывать с милицией, понятыми. Заходим в одну: богатейшая, во всю стену библиотека погибла, настолько хлестало из разорвавшейся батареи. В другой незапертой квартире – ворох одежды на кровати. Раскидали, а там старушка лет восьмидесяти: «Сыночки, что случилось, война, что ли? Я такое в Ленинграде в блокаду пережила». Возможно, блокадный опыт и помог этой бабуле выжить, ведь в квартирах было минус десять… Из Москвы в Новосибирск шел поток – по воздуху, на самолетах «Антей» – батарей и труб (в Бийск их везли на машинах), чем занимался министр ЖКХ РСФСР Филипп Васильевич Попов, впоследствии контролировавший наращивание мощностей Бийской ТЭЦ, будучи руководителем края».

В городе в то время работали мощные промышленные и транспортные предприятия, которые возглавляли партийные руководители. Это на их долю выпало помогать администрации города восстанавливать замерзшие дома, школы, детские сады.

Владимир Харитонов, тогда только назначенный на должность заведующего гороно, рассказывает: «Школу № 12 восстанавливал «Совавто-Бийск», который возглавлял Карпушкин. 31 декабря я был на работе. Около 22 часов обзвонил свои объекты: батареи везде затеплились. Решил все-таки по пути домой заглянуть в 12-ю, где была разморожена вся нижняя разводка. Зашел в школу, там работала бригада сварщиков под руководством, как мне в сполохах сварки показалось, крупного мужчины в коричневом полушубке и валенках. Это и был Геннадий Григорьевич Карпушкин! Он сказал, что работы осталось на 2 – 3 часа и, взяв номер моего домашнего телефона, деликатно выпроводил меня встречать Новый год. В половине третьего Карпушкин доложил: тепло в школе запущено».

В непростой ситуации люди не теряли чувства юмора, чтобы согреться, порой придумывали самое невероятное. Вспомнила про опыт, которым поделился тогда наш внештатный корреспондент Виктор Бурдин: он поставил посреди комнаты палатку, снес туда все теплые вещи – матрасы, одеяла, залазил в это логово, застегивал замок палатки и согревался собственным дыханием.

Леонид Дрыгин рассказывает: «Пока в город везли новые электрощиты, трансформаторы, радиаторы и трубы, мы занимались механической работой – вытаскивали лопнувшие батареи и трубы, готовили дома к монтажу новых. По специальностям тогда не делились, дело было общим. Сами таскали железо с девятого этажа, лифты-то не работали. Дома – та же 97-я серия, что и в Барнауле, по три-четыре подъезда, в каждом по 30 квартир. Бригады не только алтайские работали, их из многих городов Сибири командировали ликвидировать аварию. Лопнувшую трубу с тех пор я с первого взгляда отличаю. Если вздулась – значит есть трещина. Лед, расширяясь, рвал металл, целые куски из батареи выворачивая. Работали, не считаясь со временем. Правда, на Новый год нас на пару дней все же отпустили домой. 2 января 1985 года мы снова были на своих местах. Полностью запустили город только через месяц. Домой мы вернулись в конце января».

Немаловажный вопрос, ответ на который интересовал всех: что послужило причиной аварии? Внятного ответа нет до сих пор. Не надо забывать, что тогда город был еще засекречен. Возможно, чтобы не привлекать лишнего внимания, после случившегося информацию в СМИ не пропускали.

В воспоминаниях тогдашних участников ликвидации аварии называются ошибочные действия диспетчеров «Барнаулэнерго», перегрузивших Бийскую ТЭЦ, и без того работавшую на пределе.

В Бийске в те дни не только стоял сильный мороз, но и дул ураганный ветер, в некоторых помещениях ТЭЦ выбило стекла, градусник показывал минус 41, на ТЭЦ поступил уголь низкого качества, к тому же отказало оборудование станции.

Другая версия, услышанная военнослужащими, сопровождавшими ремонтников: не хватало мощности в Горно-Алтайске, и его решили «посадить» на Бийскую ТЭЦ, вот электрощиты и не выдержали. Подключили резервные – они тоже сгорели от перегрузки. Бийск обесточился и остался без тепла. Как бы то ни было, ситуация декабря 1984 года послужила серьезным уроком, и не только бийчанам.

Поделиться
 

Оставить комментарий Правила комментирования

Войти с помощью: