Квартиры в доме по адресу ул. Радищева, 2/2 получали только научные сотрудники АНИИХТ
В начале 1970-х гг. Якову Савченко, директору Алтайского научно-исследовательского института химической технологии, ныне – ФНПЦ «Алтай», приходит идея, как удержать молодые научные кадры, которые стекались в Бийск из разных уголков нашей страны. Конечно же, обеспечить их жильем. Так, в 1976 году был сдан многоквартирный дом прямо на берегу реки, и к нему сразу же приклеилось название «Дом ученых». Все потому, что квартиры здесь получали только высокие начальники и кандидаты наук.
Правило долго не нарушалось. Но по мере того, как старики уходили, квартиры, которые были на порядок дороже и считались «элитными», приобретали все, кто мог себе это позволить.
Строили будущее сами
Римма Максакова – старожил «Дома ученых» и одна из тех, кто заселился сюда с самого начала. В Бийск она приехала после окончания школы, по комсомольской путевке на строительство химкомбината, в августе 1958 года. Сначала юных патриотов расселили по баракам на Тресте, и сообщили: поработаете два года на стройке, и, как только сдадут первый цех, переводом – сразу туда. В 1961 году открылся бийский техникум и десятиклассников без экзаменов приняли на второй курс.
– Сначала я была простым каменщиком, тогда никакой автоматики не было, только один подъемник. Брали кирпичи, друг другу кидали и строили: «тычок», «ложок», «раствор», все помню с тех пор, – с теплом вспоминает Римма Ивановна. – Настолько интересно мы жили, когда студентами были, не видели трудностей! В одноэтажных бараках, которые до нас использовали солдаты – ни туалета, ничего. Чтобы помыться, самосвал взмахом руки остановишь и едешь в баню, на Первый участок.
Вскоре молодых людей начали расселять, как им казалось, в «царские апартаменты», так Римма Максакова попала в двухэтажки на ул. Пугачева. Девчонки жили по три человека в комнате.
– А там мы уже женихов себе нашли и разошлись, кто куда, – говорит Римма Ивановна.
Некоторое время они с мужем жили в общежитии на ул. Декабристов, пока Яков Федорович не предложил сделать «дом только для ученых», чтобы исключить текучку кадров среди кандидатов наук.
Римма Максакова, отработав на бийском химкомбинате до 1971 года, к тому времени уже перевелась в АНИИХТ, откуда впоследствии и ушла на пенсию. Ее последняя должность – начальник биохимической лаборатории.
Этот дом строили «вредители»
В то время строительство велось очень быстро – квартал рос за кварталом, квартиры не приходилось ждать годами. В основном все здания были типовые, а вот «Дом ученых» – отличился.
По сравнению с панельными домами, площадь жилья была увеличена, потолки – под три метра. Комнаты раздельные, а не проходные, большая кухня, кабинет для работы, в каждой квартире по два балкона. С одной стороны дома открывается прекрасный вид на реку. В первые годы Яков Федорович даже ввел запрет на проезд транспорта рядом с домом, это теперь мимо снуют автобусы, а на парковке порой «ночует» до 30 автомобилей.
Подъезды все с «ленинградским» флером – просторные, на площадке всего по две квартиры.
Однако первым поселенцам пришлось нелегко, и вскоре некоторые кандидаты наук даже стали отказываться от предложенных им здесь «квадратных метров».
– Строили этот дом, наверное, вредители, – вздыхает Римма Максакова. – Известка «взрывалась» на стенах, щели в полах приходилось проливать эпоксидкой, чтобы доски не провалились. Но главное – холод. Зимой даже под ковром иней был, а стены угловых квартир – как холодильник. Помню, как у нас у балкона маринованные огурцы стояли, замерзшие в лед. Многие тогда жаловались – в квартирах +6-8 градусов, чуть ли не в куртках спать ложились.
Что-то удалось изменить своими силами, а к чему-то привыкнуть – бийчане, прожившие здесь длительное время, любят это место, несмотря ни на что. Около 20 лет ушло, чтобы решить проблему холода – оказалось, что трубы, которые были подведены к дому с момента его строительства, диаметром в два раза меньше, чем полагалось.
Сажали деревья, дружили и пели!
В альбоме Риммы Ивановны до сих пор хранится ее свадебная фотография, где она и две ее подруги, сидят на скамейке в венках из цветов. Позади – множество соседей, которые собрались поздравлять молодоженов.
– Вот тут Лоскутовы, Комаровы, Саковичи, Кауфман, а мы песни поем! Это свадьба у нас была такая.
Все делали дружно, весело. Яков Федорович организовывал субботники, которые никто не пропускал, а Ростислав Шаров, благодаря новаторству которого развивалось виноградарство в Сибири, учил – сухие листья из под деревьев не убирать, а наоборот, подсыпать! Ребятишки, выросшие здесь, теперь могут увидеть деревья, посаженные родителями, только задрав голову вверх.
Но главная ценность – люди, никаких склок между соседями, все таки интеллигенция, сплошь начальники лабораторий и «просто кандидаты наук». Оказалось, высокими в доме получилось сделать не только потолки, но и культуру. Отдыхать тоже умели: один раз Яков Савченко, который жил в первом подъезде на втором этаже, даже похвалил соседей за музыкальность.
– Мы что-то отмечали, муж на гитаре играл, чета Даньковых пела, и Яков Федорович утром нам говорит: «Я у вашей двери стоял и слушал, как же вы поете. Молодцы!», – смеется Римма Максакова.
Традиции двора поддерживали долго: отмечали вместе праздники, играли на баяне и гитаре, пели любимые всеми туристические песни. А еще всегда здоровались друг с другом. Кажется, что мелочь, однако теперь в «Доме ученых», на площадке, где всего две квартиры, соседи уже могут быть даже незнакомы.
Борис Иванович Ворожцов и Боднарь Троян Аврелович тут жили, когда я учился в БТИ АлтГТУ