Выход на этот маршрут после высокой температуры воспринимался как маленькая личная победа
40-летний житель Новосибирска Александр Парфёнов завершил экспедицию, в ходе которой его команда покорила вершины Коммунизма и Корженевской на Памире, а затем предприняла попытку восхождения на Южную стену пика Огре I в Каракоруме, одного из самых сложных пиков в мире. По пути двое участников, включая самого Александра, заразились ковидом. Несмотря на высокую температуру, Александр продолжал участвовать в маршруте. О подробностях своего путешествия он рассказал «КП-Новосибирск».
Экспедиция стартовала 24 июля 2025 года. Сначала альпинисты отправились в Таджикистан, где достигли вершин пика Коммунизма и пика Корженевской. Эти восхождения позволили двум членам команды получить престижное звание «Снежный барс».
— Мы акклиматизировались на Памире и надеялись перевезти акклиматизацию в Пакистан, — рассказывает Александр. — На таких высотах это крайне важно.
Затем маршрут пролегал через Каракорум. Конечной целью была попытка восхождения на Южную стену пика Огре I, также известного как Людоед, Байнта Брак или Баннтха Бракк. Это вершина высотой 7285 метров в хребте Панмах-Мустаг, расположенном в Каракоруме.
Однако по пути в Пакистан двое из четырёх участников, включая Александра, заразились COVID-19. В результате тщательно спланированная логистика, направленная на сохранение акклиматизации, превратилась в гонку с собственным телом.
— Многое я тогда передумал, — признается Александр. — Но все равно не смог отказаться от попытки восхождения. Рискнул здоровьем — и это не фигура речи.
Александр несколько дней провёл в палатке с температурой 40 градусов, прямо под Огре I — стеной, о которой он мечтал целых десять лет.
— Самым запоминающимся стал внутренний торг. Парни могли отправиться на гору без меня, а я — инициатор всей этой истории — лежал внизу. И какое это было облегчение, когда температура спала, и я все-таки смог выйти с ними.
Выход на этот маршрут после высокой температуры воспринимался как маленькая личная победа.
— Те, кто в теме, понимают: он сложнее, чем Эверест и К2 вместе взятые, — говорит Александр.
В базовом лагере организм не может полностью восстановиться. Болезнь усугубляет ситуацию, а выбранная командой стена — одна из самых сложных в российском альпинизме за последние годы. Она длинная, тяжелая и непройденная.
На информационном проекте об альпинизме Alpagama эта экспедиция получила следующее описание:
— Как отмечал врач и альпинист Алексей Овчинников, какая-то инфекция весь год ходит в Гималаях среди портеров. Разновидность коронавируса. Возможно, ее и подхватила команда.
В команде строго распределены роли.
Алексей Сухарев — мастер высотных работ, который сохраняет высокую эффективность даже на больших высотах.
Ратмир Мухаметзянов — специалист по преодолению сложных маршрутов, эксперт по передвижению по тонкому льду и заснеженным скалам.
Александр Рындык из Москвы — высококлассный техник, который мастерски работает с искусственными точками опоры.
Александр Парфенов — универсальный специалист, который, по его собственному определению, выполняет функции слесаря.
— На пике Огре I нам удалось поработать с Ратмиром: сначала он шел по тонкому льду и заснеженным скалам, а потом началась моя стихия — монолитные тонкие глухие трещины, куда ещё никто никогда не бил крючья.
Уступить обстоятельствам оказалось непросто. Однако болезнь и связанный с ней риск заставили команду принять решение отступить.
— Это было самое трудное: отказаться, когда столько вложено сил, времени и денег, и когда стоишь на стене, о которой мечтал десять лет, — рассказал Парфенов.
У Александра уже есть планы на будущее.
— Летом планирую восхождение на пик Победы на Тянь-Шане, возможно по новому маршруту. В Каракорум, конечно, хочется вернуться — завершить начатое. Северная стена Огре I еще более грандиозная и до сих пор нетронутая. Но понадобится ещё несколько лет подготовки, возможно усилить команду.
Конечно)) сейчас всё можно валить на несуществующий вирус, плохому танцору всегда яйца между ног мешаются, а тут покруче отговорка появилась. Во всех нормальных странах давно официально признали что это была большая афера и компенсацию людям выплачивают, а у нас как всегда, выгодна любая отговорка.